Фильмы

Мальчик Дзиро мечтает о полетах и красивых самолетах, способных обогнать ветер. Вот только пилотом ему не стать — он с рождения близорук. Но Дзиро не расстается с мечтой о небе, он начинает придумывать идеальный самолет и со временем становится одним из лучших авиаконструкторов мира. На пути к успех...

Мальчик Дзиро мечтает о полетах и красивых самолетах, способных обогнать ветер. Вот только пилотом ему не стать — он с рождения близорук. Но Дзиро не расстается с мечтой о небе, он начинает придумывать идеальный самолет и со временем становится одним из лучших авиаконструкторов мира. На пути к успеху он не только встретит много интересных людей, переживет Великое землетрясение в Токио и жестокие войны, но и обретет любовь своей жизни — прекрасную Наоко.

Артур мечтает стать модным стилистом, но пока работает доставщиком. Когда миру грозит опасность, ему поручают доставить самый важный груз — волшебные золотые яйца. И все бы ничего, только по дороге из них начинают вылупляться очень разные и беспокойные птенцы. Артуру придется научиться заботиться о ...

Артур мечтает стать модным стилистом, но пока работает доставщиком. Когда миру грозит опасность, ему поручают доставить самый важный груз — волшебные золотые яйца. И все бы ничего, только по дороге из них начинают вылупляться очень разные и беспокойные птенцы. Артуру придется научиться заботиться о малышах, обрести друзей, стать героем и спасти этот мир.

В жерновах колеса фортуны: эволюция жизни и геометрия чувств в балете Эдварда Клюга.
В основе «Кармины Бураны», эпической кантаты Карла Орфа, написанной в начале XX столетия по манускриптам XIII века, — средневековые размышления о человеческой судьбе и ее переменчивости. Крутится колесо фортуны, и удача...

В жерновах колеса фортуны: эволюция жизни и геометрия чувств в балете Эдварда Клюга.
В основе «Кармины Бураны», эпической кантаты Карла Орфа, написанной в начале XX столетия по манускриптам XIII века, — средневековые размышления о человеческой судьбе и ее переменчивости. Крутится колесо фортуны, и удача сменяется бедой, а горе — радостью. Жизнь — это, конечно, боль, но есть в ней и надежда, весна и любовь. Пусть музыка и кажется абсолютно самодостаточной в своем мощном, завораживающем звучании, но от визуализации и пластического решения лишь выигрывает, обретая более ясные черты. Тем более что Орф следовал вагнеровской концепции об «абсолютном произведении искусства», где должны быть объединены не только музыка и речь, но и движение. И хореограф Эдвард Клюг добавил это движение, создав на основе кантаты танец, созвучный и музыке, и речи, и смыслам. Лаконичный, мрачный, с четкой геометрией тел — и все же живой и дышащий.

«Движущей силой хореографии, следующей за содержанием различных текстов из средневековой рукописи Codex Buranus, является параллелизм между циклами природы, особенно во время весеннего пробуждения, и человеческой жизнью. Желание, влечение, пробуждение чувств в молодом теле. Спонтанно возникшая форма представляет собой круг, совпадающий с кругом фортуны из первой песни O Fortuna, и была создана тридцатью танцорами, каждый из которых стремился к ядру этой совершенной естественной формы. Чем уже круг, тем больше напряжения и силы пронизывает его ядро», — так описывает Клюг свое видение «Кармины Бураны». Но хореограф подчеркивает, что не может быть единственно правильной интерпретации смыслов этой великой кантаты, как не может быть и не правильных. Так что каждый зритель волен видеть и чувствовать свое, как и волен просто любоваться совершенством создаваемых танцовщиками форм, причудливой и мрачной иллюстративностью танца.

150 исполнителей — балет, оркестр, солисты оперы и хор — создают невероятную картину изменяющегося мира, где люди — лишь игрушки в руках фортуны, что дергает за ниточки, верша судьбы.